Папаша мой - рокер старой закваски - ни дня своей жизни не слушал УГ московского, питерского, уфимского etc производства. С другой стороны, он полностью отрицает Битлз, кроме Эбби Роад. Но не чурается Энимал, Бёрдз, Манкиз, Манфред Манн и, главное, Бич Бойз и Криденс. 

Хотя главной музыкой в доме всегда был Хард Рок.  Я засыпал под Кена Хенсли (Юрай Хип группа, кто не слышал - тот лох), просыпался под Назарет. Верховодила всей суетой хромовая кассета BASF с рок-оперой "Иисус Христос" (где блистал Йен Гиллан, конечно). В хорошие дни я слушал эту кассету четыре раза за сутки. Все кассеты и пластинки были папины.

Но всё изменилось, когда с антресолей папа протянул мне диск с Драконом и Гитарой на обложке, и это была Трилогия Малмстина. Папа сказал, что эта виниловая пластинка куплена была случайно, и некий бородатый чувак в магазине "Ритм" сказал "Если ты разбираешься, ты должен послушать". 

Пластинка размазала меня по полу, я орал как больной слова, которые смог понять, а какие не смог - выл на "ля-ля-ля". Ни одного проходного трека, удивительное сочетание стопроцентных шлягерных мелодий с  утончёнными аранжировками. Дробь бочкой и тонкий, истерический голос гитары, были для меня так же ярки, новы, как первый гетеросексуальный контакт. С тех пор Малмстин был всегда со мной.

Через 6 лет у меня были все компакт-диски, включая рарную лицуху-сборник. 

Через 12 лет я купил гитару как у Малмстина. 

Он настолько же велик, насколько трагичен, этот Пьеро металлической сцены, памятник самому себе. Отрицать его гений - это как спорить с самим Создателем о великом сотворении. Я могу назвать четыре любимых альбома, два удивительных и десяток отвратительных, но я отдал бы очень многое, чтобы записать хотя бы на треть такой же хороший альбом, каким был Rising Force. Это не фанатизм, это просто осознание, замешанное на удовольствии и радости.